Я проснулся сегодня, когда город еще не дышал, За окном рассвет, словно кто-то границы писал. Золотая тишина, не спугнуть бы её, не прогнать, Я тихонько прикрою глаза и вернусь опять спать. Утро — это не про меня, я в другом ритме живу, Пока мир суетится, я вижу сны наяву. Я тигр по году, но сова по своей натуре, В этой утренней, сонной, прохладной глазури. Балаково, мой дом, мой единственный путь, Здесь я начал свой бег и здесь отопру свою суть. Пусть заводы дымят, закрывая закатный простор, Но я здесь рожден, с этим не вступлю в спор. Хотелось уехать, казалось, что где-то светлей, Что Москва и столицы предложат судьбу пободрей. Но глянешь на Волгу, на остров Пустынный вдали, И понимаешь — нет лучше родной земли. Убрать бы дым труб, да те заводы стереть, Мир бы ахнул, начав по-другому смотреть. Мы б заткнули за пояс и Сочи, и Питер в момент, Балаково — вот главный, вот лучший фрагмент. Балаково, мой дом, мой единственный путь, Здесь я начал свой бег и здесь отопру свою суть. Пусть заводы дымят, закрывая закатный простор, Но я здесь рожден, с этим не вступлю в спор. Я здесь родился, здесь, видно, и лягу в покой, Балаково, мой город, навеки связан с тобой. Спи, город, я поработаю, когда ты уснешь. Все проходящее, а ты — это правда и ложь.