Песок скрипит под рваным сандалием, Солнце грызет горизонт, словно зверь. Мальчик идет сквозь марево, дальняя Тропа заметается в каждую дверь. Голод — не гость, он хозяин в груди, Где те добрые люди, чьи лица в пыли? Крохи хлеба, хоть горсть, чтобы просто дойти, Среди мертвых барханов, что нас погребли. О, ветер пустыни, ты рвешь его плащ, Но дух его выше, чем гор высота. Среди бесконечных, безмолвных кладбищ Звезда загорается — правда чиста. Аль-Хазрет вышел из тени колонн, Старец, чей взгляд — отражение вечности. Он видел, как мальчик, судьбой оболган, Искал лишь тепла в этой дикой конечности. Он хлеб протянул, но не хлеб то был — знание, Что ярче огней в караванных путях. Мирских тайн ключи — его призвание, Вера в истину, что горит на устах. Магия слов, шепот древних песков, Больше нет голода, больше нет снов. Он — страж тишины, он — голос небес, В сердце — величие, в разуме — без чудес, Лишь правда, лишь суть. О, ветер пустыни, ты рвешь его плащ, Но дух его выше, чем гор высота. Среди бесконечных, безмолвных кладбищ Звезда загорается — правда чиста. Теперь он Хранитель. Пустыня молчит. Мальчик стал светом. И истина звучит.