Ты где-то в дымке, в плену своих же правил, С улыбкой, что ломает мой бетон. Твой образ — тихий след, что ты оставила, Внутри меня звучит твой перезвон. Фигура — контур в мягком полусвете, Лицо, как кадр из старого кино. Ты лучше всех, кого я в этом свете, Заметил, но не понял всё равно. Твой взгляд — магнит, глаза твои как бездна, И голос, что ложится на аккорд. Пытаться разгадать тебя — полезно? Или играть в твой переменный спорт? Ты — загадка, что сама себя стирает, То накрываешь штилем, то волной. То пишешь всё, то время замирает, Ты существуешь где-то вне меня, со мной. Если захочешь — мир падёт к ногам, Но ты уходишь в тень своих же фраз. Я верю всем твоим прекрасным снам, Но как же сложно мне читать тебя сейчас. «Я напишу, как только буду дома», — А город спит, и телефон молчит. Эта игра мне кажется знакомой, Но сердце всё равно в груди стучит. То нет интереса, холод в каждом звуке, То через десять — снова яркий свет. Ты не даешь мне ни тепла, ни скуки, Даешь лишь самый сложный мой ответ. Другая бы ушла, забыв мой номер, Не стала бы играть в "вернись-забудь". Но ты — как ветер, как высокий номер, Который я пытаюсь зачеркнуть. Ты добиваешься, когда ты хочешь, Ты управляешь тем, что я молчу. Ты манишь днём и растворяешь ночью, И я, похоже, этого хочу. Ты — загадка, что сама себя стирает, То накрываешь штилем, то волной. То пишешь всё, то время замирает, Ты существуешь где-то вне меня, со мной. Если захочешь — мир падёт к ногам, Но ты уходишь в тень своих же фраз. Я верю всем твоим прекрасным снам, Но как же сложно мне читать тебя сейчас. Красивые глаза, что смотрят мимо… Ты снова здесь, и снова не со мной. Такая дерзкая, такая неуловима. Я буду ждать. Опять. И ты — со мной.