У брата в доме тишина, как будто воздух стал тяжелым. На стуле куртка у окна, и чай остыл, покрыт налетом. Я не умею снять ту боль, не знаю правильного слова, Но если мир вдруг стал пустой — я здесь, братан, я здесь, я снова. Пусть эта ночь свинцом на грудь, Когда не можешь ты вдохнуть — Держись, родной, я не уйду, Я в этом пламени веду. Когда небо низко так, и сердце бьется еле слышно, Когда весь мир разбит в кулак, и выход, кажется, не вышел — Я остаюсь стоять стеной, незримым щитом над тобою. Ты не один, пока я твой, мы справимся с этой бедою. Пусть телефон молчит весь день, в прихожей холод, тени пляшут. Я принесу плед, чтобы согреть — пускай другие что-то скажут. Не надо быть сильней, чем есть, не надо прятать дрожь в ладонях, Пусть он ушел, но в сердце — весть, что он живет в твоих законах. И если тишина кричит, я буду рядом, просто рядом. Пусть память жжет, как пламя свеч, но ты накрой ее лишь взглядом. Неси любовь его в груди, она — твой самый верный щит. Мы все с тобой, мы все в пути, пока огонь еще горит. Когда небо низко так, и сердце бьется еле слышно, Когда весь мир разбит в кулак, и выход, кажется, не вышел — Я остаюсь стоять стеной, незримым щитом над тобою. Ты не один, пока я твой, мы справимся с этой бедою. Просто дыши, брат. Я рядом. Небо поднимется. Все будет хорошо.