Зашёл Ярослав, глаза в пол опустил, Ключ от входа в контору впотьмах обронил. Сквозняк по коридору, холодный, пустой, И Ярик стоит, будто проклятый судьбой. Мы гнали его, мол, попробуй, чудак, Свой ключ от квартиры притисни вот так. Авось оживёт, запищит – будет след, Но выхода нет, лишь густой серый свет. Он не рабочий и ходить не должен, Адмирал Петрович пробасил, как в бреду. На считыватель взгляд, путь судьбой обесточен, Ключ от дома не встанет в приёмную тьму. Он не рабочий и ходить не должен, Сисадмин наш прав, хоть стучи хоть кричи. Мир безопасности – он ведь не ложен, И не открыть нам закрытой двери. Ярик бледнеет, к сканеру жмёт, Медный свой ключ, что родной дом бережёт. Тишина в проходной, даже ток не дрожит, Петрович курит, в монитор он глядит. Грешное дело – домашним замком, Стучаться в бездушный, холодный проём. Служебная тайна, железный оскал, Петрович кивнул: "Я же вам предсказал". Вся жизнь – это доступ, права и пароль, Мы ищем лазейку, мы играем их роль. Но сервер ответит лишь тихим "нет-нет", На всё, что не вписано в старый обет. Он не рабочий и ходить не должен, Адмирал Петрович пробасил, как в бреду. На считыватель взгляд, путь судьбой обесточен, Ключ от дома не встанет в приёмную тьму. Он не рабочий и ходить не должен, Сисадмин наш прав, хоть стучи хоть кричи. Мир безопасности – он ведь не ложен, И не открыть нам закрытой двери. Ключ не рабочий. Смысла не будет. Адмирал знает. Адмирал судит. Идти не должен. Не отворять. Просто смириться. Просто молчать.