Снова кольцо давит палец, как будто капкан, В этой постели уют стал холодным, как лёд. Я прячу глаза, превращая всё в самообман, Но совесть внутри предательски тихо поёт. Я помню те дни, когда выбрала эту тропу, Где каждая ошибка — случайный, неверный виток. Теперь я смотрю в эту серую, злую толпу, Боясь, что расставание выжмет мой сок. Я строю наш дом на осколках вчерашних потерь, За закрытой дверью я вечно ищу полусвет. Мой муж за стеной — я боюсь открывать эту дверь, Ведь честного слова во мне больше нет и в помине, нет. Каждый мой вздох — это страх потерять этот плен. Я заперта в клетке, которую строила я сама. Мы ужинаем, и он спрашивает: "Как дела?" А я представляю, как всё это рухнет в один миг. Сколько же глупости я в свои двадцать пять собрала, Мой внутренний голос почти превратился в крик. Ошибки — как шрамы, их не спрятать под новым бельем, Я помню их цену, я помню их горький приклад. Мы ходим по краю, мы здесь, но уже не вдвоем, Я строю фасад, чтобы спрятать от мира свой ад. Боже, как страшно, что он всё когда-то поймет. Что я не та, за кого он держит меня. Этот холодный, липкий, тягучий гнет. Я гашу свет, но боюсь своего же огня. Боюсь остаться одна в тишине пустоты, Боюсь, что мосты уже все догорели дотла. Я строю наш дом на осколках вчерашних потерь, За закрытой дверью я вечно ищу полусвет. Мой муж за стеной — я боюсь открывать эту дверь, Ведь честного слова во мне больше нет и в помине, нет. Каждый мой вздох — это страх потерять этот плен. Я заперта в клетке, которую строила я сама. Ошибки... Снова ошибки. Я так боюсь, что погаснут все наши огни. Только не уходи. Просто не уходи.