Элла, просто послушай. Это всё для тебя. Вечер опустился на парк на Машинке, Фонари рисуют блики на твоей спинке. Я помню этот воздух, терпкий и ночной, В тот миг я понял — ты стала моей судьбой. Мы шли неспешно, замедляя время, Сбросив с плеч повседневное бремя. Мир вокруг замер, будто в немом кино, Между нами всё было ясно, всё решено. О, Элла, ты — мой вдох, мой пульс и мой свет, На все вопросы ты — единственный ответ. Особенно в те моменты, когда дрожит тишина, И ты обнимаешь меня, до самого дна. Как нежно ты сжимаешь, смыкая круги, В твоих объятиях сгорают все мои долги. Твои руки — мой город, моё убежище, В мире пустых слов — единственное верище. Помнишь, как в парке, под сенью листвы, Мы чувствовали счастье, чисты и живы? Эти прикосновения словно магнит, Сердце под рёбрами сладко стучит. И пусть летят года, пусть меняются дни, Мы останемся теми, кто сожгли все огни. Твои объятия — мой личный рай, Элла, просто никогда их не отпускай. О, Элла, ты — мой вдох, мой пульс и мой свет, На все вопросы ты — единственный ответ. Особенно в те моменты, когда дрожит тишина, И ты обнимаешь меня, до самого дна. Как нежно ты сжимаешь, смыкая круги, В твоих объятиях сгорают все мои долги. Только ты, Элла. Просто обними меня. В парке на Машинке... там, где мы есть. Навсегда.