Твоя рубашка на спинке стула, В пепельнице — догорает фитиль. Я всё решила, я всё продумала, Стирая нас в серую пыль. Мы разучились смотреть друг другу в зрачки, Слова про погоду — как битые кирпичи. Между нами дыра, в ней застряла слеза, Хватит отмазок, не отводи глаза. Ты тянешь время, но поезд ушёл с перрона, Я удаляю контакт, выключаю зона. Ох, Степан, расставаться пора, В ночь или утро — финал догорает с утра. Сладкая ложь или правда как нож, Ты всё равно ничего не вернёшь. Сдай телефон, чтоб не видеть лица, Горькая правда: пора отпускать, до конца. Помнишь парк? Листья кружились как бред, Ты клялся, что я — твой единственный свет. Теперь я лишь буква в черновике, В твоём новом тексте, в чужой руке. Не жаль ни рассветов, ни сожженных мостов, Я просто закрыла дверь без лишних слов. Не проси остаться — я не вернусь. Твой поцелуй — как призрачный пульс. Кто-то другой скажет «родная» в ответ, А я забираю свой внутренний свет. У меня своё сердце, закрытый сейф, Лучше меня не найдешь — ты поверь. Говорила грустно, а сама в улыбках… Сдай телефон, чтобы не было грустно… Горькая правда… прощай, прощай. Прощай, Степан.