Пять лет и одиннадцать месяцев тишины. Снова август под кожей, и снова нет глубины. Только тени по стенам, немой разговор, Между прошлым и мной, словно строгий дозор. Тридцатое число, календарь замер в пыли. Мы тогда потеряли притяжение земли. Твоя куртка в шкафу всё ещё пахнет тобой, И в квартире пустой я веду с пустотой этот бой. Пять лет — это срок, чтобы выучить правду на вкус, Что от боли такой я никак не освобожусь. Пап, ты слышишь? В душе пустота — океан. Слишком долго не гаснет этот глубокий изъян. Пять лет и одиннадцать, это почти что шестой, Я всё жду, что ты выйдешь из-за двери с той, с той простотой. Боль не стала тише, она просто стала родной, В этом мире шумном я снова один, ты — иной. В одиннадцать месяцев — шаг до забвения края, Но я путаю сны, тебя там, где-то, встречая. Твой голос в ушах, как далёкий, потерянный свет, На любой мой вопрос ты даёшь мне немой свой ответ. Как же хочется просто нажать на кнопку «назад», Но август уходит, сжигая дотла этот сад. Чёрт возьми, как же трудно учиться дышать без тебя, Разрывая мосты и отчаянно жизнь теребя. Я пытаюсь быть сильным, я пытаюсь прожить каждый час, Но всё время сбиваюсь, как будто погас, просто взял и погас... Пять лет, одиннадцать месяцев, август прощаний. Я оставляю тебя в лабиринте моих ожиданий. Спи спокойно, мой свет. Помнишь? Я буду ждать. Тишина.