Нам выдали крылья, арфы и нимбы, Лежим на облаке, поём алгоритмы. Вокруг красота, бесконечный сквер, Но мы на диете — едим полимер. Ты шепчешь мне нежно: «Мой ангел, постой, Здесь слишком стерильный и правильный строй. Змей-искуситель уполз на обед, И даже поспорить повода нет. Мне тошно от арф и безглютеной каши, Давай автостопом в места погорячее наши!» А любовь — она и в космосе греет, В Эдеме от скуки она лишь бледнеет. А в Аду — горячо, там вовсю сковородки, Но с тобою, малыш, мы пройдём все решётки! Давай подмигнём и святому, и бесу, Любви всё равно на прописку и прессу! Спустились пониже — а там рок-концерт! Кипят котлы, на углях разогрет десерт. Черти танцуют, искры летят, Но как-то уж слишком бока тут палят! Ты шепчешь сквозь копоть: «О боже, жара! Я плавлюсь, как свечка, уже со вчера. Тут вилы, трезубцы и грешников стон, И черти воруют у нас телефон! Верни меня к яблокам, милый, назад, Там было прохладно, а тут просто... ад!» А любовь — она и в космосе греет, В Эдеме от скуки она лишь бледнеет. А в Аду — горячо, там вовсю сковородки, Но с тобою, малыш, мы пройдём все решётки! Давай подмигнём и святому, и бесу, Любви всё равно на прописку и прессу! В итоге сбежали мы в Чистилище жить — Там климат умеренный, можно тусить. Мы жарим эдемский банан на костре, И черти, и ангелы рады игре. Не нужно нам нимбов, не нужно хвостов, Когда для объятий палаццо готов! Так что, любовь моя, крепче держись: Без разницы — вверх или вниз катит жизнь. Нам везде хорошо, если вместе вдвоём: И в раю пошалим, и в аду пропоём. (Слушай, а где тут у них холодильник?)