Тишина давит на виски. Я смотрю, как ты пьешь свой остывший чай. Я знаю, что ты здесь, во тьме, у края доски, Но что мне предъявить? Ответь, отвечай! Ты дышишь слишком ровно для грешника. Твой взгляд пуст, как холодный бетон. Я роюсь в памяти, ищу свою спешную, Слепую ярость, твой фальшивый тон. Где-то там, под кожей, прячется шрам, Который я сама себе нанесла или ты? Это не важно, я верю своим глазам, Твоя вина — в отсутствии пустоты. Это грызет меня изнутри! Я создаю улики из пустого места. Смотри на меня! Просто смотри! Моя логика — это гнилое тесто. Ты виноват! Я чувствую привкус металла! Но не могу вспомнить, в чем именно суть. Моя ненависть — это то, чего мне не хватало, Чтоб оправдать этот пройденный путь! Ты виноват! Мой мозг рисует ожоги, Хотя твои руки чисты, как горный снег. Я задыхаюсь, сбивая до крови ноги, Пытаясь найти твой последний грех! Может быть… ты взглянул не туда? Может быть… ты промолчал в нужный миг? Это всё ерунда, но я в ней тону, как вода, Впитывая твой проклятый, безмолвный крик. Я обвиняю воздух. Я обвиняю тень. Я обвиняю небо, что ты всё еще здесь. Ты виноват! Я чувствую привкус металла! Но не могу вспомнить, в чем именно суть. Моя ненависть — это то, чего мне не хватало, Чтоб оправдать этот пройденный путь! Ты виноват! Мой мозг рисует ожоги, Хотя твои руки чисты, как горный снег. Я задыхаюсь, сбивая до крови ноги, Пытаясь найти твой последний грех! Ты виноват… Я точно знаю. Просто еще не вспомнила, В чем.