Снова город стирает следы твоих шпилек, Ты сжимаешь в ладонях холодную сталь. Твой фасад безупречен, как глянец новинок, Но внутри закипает незримая даль. Никто не заметил, как треснуло небо, Когда ты входила в горящий вагон. Ты кормишь других своим завтрашним хлебом, Скрывая внутри оглушительный стон. Ты варишь свой кофе, когда город спит, Твой личный апокалипсис тихо парит. Сквозь зубы улыбка, в глазах пустота, Сила — не в том, чтобы вечно летать, Сила — дождаться в тиши до утра, Когда твоя кухня спасет от огня. Ты строила стены из жалости к слабым, Они стали крепостью против невзгод. Ты шла через рифы, по битому гравию, И каждый провал — это новый подход. Никто не спросил, каково быть стальной, Когда так мечтаешь быть просто живой. Но правда лишь в том, что в глубокой тени, Где тени сплетаются с влажным окном, Ты сбросишь доспехи, ты сбросишь огни, И станешь собой в этом мире пустом. Только ночью. Только здесь. Тише. Ты варишь свой кофе, когда город спит, Твой личный апокалипсис тихо парит. Сквозь зубы улыбка, в глазах пустота, Сила — не в том, чтобы вечно летать, Сила — дождаться в тиши до утра, Когда твоя кухня спасет от огня. Остывший напиток. Пустой горизонт. Ты снова готова. Ты снова пойдешь. Один лишь свидетель — полночный саксофон.