В Денау, на той самой улице, где пыль дорог, Жора впервые увидел её, Ирину, в упор. Она — словно горный поток, в волосах солнце яркое, Спортсменка, красавица, жизнь подарила подарком. А Жору, мальчишку, в округе звали «Жареный», Он в сердце её навсегда был, как в сказке, затерянный. И шепотом тихим, в тени абрикосовых крон, Звал «лежебокой» её, был по-юношески влюблен. Сорок пять лет — это целая вечность надежды, Рука в руке, как тогда, как в начале, как прежде. Три сердца на свет привели, стали гордостью нашей, Нет ничего для двоих на земле этой краше. Жора и Ира — любовь, что не знает преград, Будто бы время вернули в счастливый закат. Две дочки прекрасные, сын как подпора мужская, Счастье плели, словно вербу, тихонько врастая. Теперь они в статусе деда и бабушки строгих, Но в душах всё те же, в мечтах своих добрых и долгих. Кофе с шоколадом — традиция их по утрам, Мир разделили на тихий семейный храм. А плов на столе — как и сорок пять лет назад, Мамин рецепт, самый вкусный и сладкий на вкус аромат. Всё тот же огонь, всё тот же уютный очаг, Где Жора и Ира забыли про каждый свой страх. Сорок пять лет — это целая вечность надежды, Рука в руке, как тогда, как в начале, как прежде. Три сердца на свет привели, стали гордостью нашей, Нет ничего для двоих на земле этой краше. Жора и Ира — любовь, что не знает преград, Будто бы время вернули в счастливый закат. Лежебока моя... Жареный... тихий рассвет. В Денау началась эта сказка длиною в сорок пять лет. Домой... где тепло... где любовь навсегда. Только вдвоем... сквозь любые года.