Держу твои ладони, холод плавится в руках. Здесь космос в отражении, застыл в твоих глазах. Я не пророк, не классик, я просто честный звук. Я как Есенин для тебя, я тот, кто ценит стук. Метель рисует руны, стекло в седом узоре. Моё нутро — как море, неспокойное на воле. Ты муза в этой драме, среди бетонных стен, Я рифмой строю крепость, чтоб выйти из решенных вен. Не обещаю золота, но дам тебе рассвет. В моих строках — свобода, там где правды больше нет. Я как Есенин для тебя, вплетаю чувства в текст. Пусть мир летит в астрал, я здесь, я твой контекст. И если сердце рвется в небо, значит я живой. Стихом построю город, чтобы быть всегда с тобой. Время — это река, что точит берега без жалости. Но мы не просим у судьбы ни капли, ни усталости. В твоих ладонях тишина — мой самый верный пост. Я выжгу свет в ночи, чтоб ты прошла через настил из звезд. Ты помнишь этот шепот? Ты помнишь этот ритм? Я завязал узлы на венах, чтобы быть твоим. Звезды падают наземь, им тоже здесь тесно. Все, что было раньше — теперь неуместно. Только ты и я, в эпицентре немоты. Я возвожу наш мир, где стихи — это мосты. Я как Есенин для тебя, вплетаю чувства в текст. Пусть мир летит в астрал, я здесь, я твой контекст. И если сердце рвется в небо, значит я живой. Стихом построю город, чтобы быть всегда с тобой. Свет в окошке не погаснет, путь наш долог. Я для тебя — лишь голос, я для тебя — лишь холод. Превращенный в пламя. Только ты. Всегда.