По старым улицам он шёл, чуть сгорбившись от лет, В кармане — не монеты, а тень былых побед. Когда-то ловок был, как ветер над рекой, А нынче шепчет город: «Ты уже не свой». Эх, старый гастролёр, где твоя молва? Остались лишь следы да старые слова. И пальцы, что летали, будто мотыльки, Теперь дрожат немного у холодной руки. Ловкость рук — его единственный закон, Карман шептал: «Бери!», а совесть — крепкий сон. Скокарь по жизни, гость на вокзалах чужих, Среди прохожих лиц, среди ветров пустых. Фраер шёл уверенно, не чуя беды, Один миг — и бумажник исчез без следы. Тени прошлого шепчут: «Ты сам выбрал путь», Не повернуть назад, не отдохнуть, не уснуть. Эх, старый гастролёр, где твоя молва? Остались лишь следы да старые слова. И пальцы, что летали, будто мотыльки, Теперь дрожат немного у холодной руки. Не герой, не злодей — просто пыль на дорогах. Вечный странник в потертых, немодных сапогах. Тише… тени легли на асфальт. Слышишь? Затих старый вальс.