В кабинете пыль оседает на папки и план, Сергеевна входит — в глазах не туман, а металл. Бумаги летят, будто листья в осенний разлом, Она разрушает сомненья одним лишь числом. Кто-то просит, кто-то молит, кто-то тонет в слезах, Но Наталья не знает, что значит отступить впопыхах. Сергеевна Наталья — как бронепоезд в ночи, С ней спорить бесполезно, хоть волком кричи. Она пробивает стены, сдвигает гранит, И сердце её — что стальной алгоритм — не болит. Сергеевна, матушка, буря в расцвете весны, С тобою мы все в эту правду свою влюблены. Ее каблуки выбивают по плитам свой ритм, Обычный диалог превращается в бодрый логарифм. Ты хочешь сказать «подождите», но голос пропал, Она забирает контроль, как холодный финал. Трудно спорить с тою, кто видит насквозь, Кто все неудачи пустила под хитрую ось. В суровом величье, с улыбкой шальной, Она управляет своей ледяной стороной. Сергеевна Наталья — как бронепоезд в ночи, С ней спорить бесполезно, хоть волком кричи. Она пробивает стены, сдвигает гранит, И сердце её — что стальной алгоритм — не болит. Сергеевна, матушка, буря в расцвете весны, С тобою мы все в эту правду свою влюблены. Как БТР сквозь снега, сквозь дожди, Сергеевна, только вперед, не клади проводы... Вопросы решены. Тишина.