В те годы юные, когда цвели сады, Мы были глупыми, не знали мы беды. Твоя рука в моей, в глазах полно огня, Судьба решила всё, разлуку нам суля. Ушли года в туман, семьи и суета, Осталась лишь в душе немая пустота. Двадцать лет спустя, холодный шумный рынок, Среди товарных рядов, средь серых тех картинок. Я шел сквозь толпы лиц, не зная, что найду, И вдруг увидел взгляд в предвечернем бреду. Ты, Рита, за прилавок — шмыгнула, словно тень, Скрывая от меня тот самый прошлый день. А я сказал: «Не прячься, я ведь видел, Тот блеск в глазах, что память не обидел. Судьба хитра, она свела пути, Нам больше некуда, родная, отойти. Теперь мы вместе, радость и печаль, Глядим вдвоем в безоблачную даль. Не верили глазам, дрожали пальцы рук, Сквозь годы пронесли мы этот тихий стук. Двух сердец, что бились порознь столько лет, Теперь один очаг и общий наш рассвет. А я сказал: «Не прячься, я ведь видел, Тот блеск в глазах, что память не обидел. Судьба хитра, она свела пути, Нам больше некуда, родная, отойти. Теперь мы вместе, радость и печаль, Глядим вдвоем в безоблачную даль. Пусть годы мчатся, нам уже не страшно, Ведь жизнь прожили мы совсем не праздно. Здоровья вам, любви на склоне дней, Пусть станет наш закат еще теплей.