Эй, слушай сюда, про Боване́нково байку одну. Кабель наш вьётся высоко, как змея по столбу. То ли трасса, то ли квест, то ли я словно в бреду. По балкам летим, как по скользкому льду. От «Газиков» ны́каемся средь тундры глухой. Кто придумал эту работу, точно больной. Эх, Бованы́, ты нас не жалей, Ветер сбивает с ног — да нам всё нипочём, ей‑ей! Кабель летит вперёд, сквозь пургу и мороз, Это не сказка, брат, это наш суровый паровоз! Грейка ползёт по трубам — словно змея. Алюминькой покрыта, как простыня. Мастер орёт: «Ещё метров давай. Чтоб трасса ушла за далёкий наш край!» Бованы́ запомнит наши имена… Таких приду́рков тут не бывало никогда. Эх, Бованы, ты нас не жалей, Ветер сбивает с ног — да нам всё нипочём, ей‑ей! Кабель летит вперёд, сквозь пургу и мороз, Это не сказка, брат, это наш суровый паровоз. Мы над обрывом стелим наши дороги. А то без неё, поломаем мозолистые ноги. Тут Саня орёт: «Ещё волоконку давай, И про нашу шестнашку песню запевай!» Держи стекляшку, родной, и крепче держись, А не то упадёшь — и прощай наша жизнь! Эх, Боване́нково, ты нас не жалей, Ветер сбивает с ног — да нам всё нипочём, ей‑ей! Кабель летит вперёд, сквозь пургу и мороз, Это не сказка, брат, это наш суровый паровоз! Наш паровоз... летит вперёд... Сквозь пургу... и вечный лёд. Боване́нково... держись!