Когда-то с маменькой по северным просторам Малышка Ксюша шла, как утренний рассвет. Своим сияньем и девичьим взором Дарила счастье, словно свой секрет. Прохожие цветы к ногам бросали, Смотрели вслед, забыв про все дела. В Архангельске ветра её ласкали, Но песня в сердце главной целью была. Ксюша, Ксюшенька, целую в губоньки, Твой голос льется, как хрустальный звон. Сегодня Брайтон вторит твоей песенке, А завтра ты покоришь весь Бродвей в унисон. Ксюша, Ксюшенька, душа заветная, Пусть путь твой будет светел и широк. Теперь огни большого ресторана, И звон бокалов, и уюта тень. Я в кошелек кладу свои изъяны, Чтоб слышать голос твой в который день. Здесь эмигрант найдет глоток отчизны, Забудет горечь пройденных дорог. Мы здесь едины, мы не ищем тризны, Пока твой голос дарит нам восторг. Мои родные, близкие, чужие, Мы все как звенья в общей цепи лет. Мы здесь нашли надежды золотые, Пока звучит в ночи ваш нежный свет. Без песни жизнь — как пересохший колодец, Пусть бьется сердце, песню сохраняя. Ксюша, Ксюшенька, целую в губоньки, Твой голос льется, как хрустальный звон. Сегодня Брайтон вторит твоей песенке, А завтра ты покоришь весь Бродвей в унисон. Пой для нас, Ксюша. Пусть Брайтон светит ярче всех огней. Для друзей, для души, для вечности. Пой, Ксюша, пой.