Тихо гаснут свечи на праздничном столе. Пятьдесят лет — это много или почти ничего? Я смотрю, как тени танцуют на твоем лице, И боюсь увидеть в них что-то, кроме меня самого. Ты смеешься, но в уголках глаз застыл лед, Слишком много зим прошло мимо открытых окон. Твое платье цвета пыли, время берет свое, Я прячу ладони, чтоб не дрожал мой шепот. Мама, пятьдесят — это просто цифра на холодной стене, Но в сердце колючий холод, словно я снова один в темноте. Мир стал другим, мы стали чужими в этом ярком огне, Я хочу повернуть время вспять, но тону в этой пустоте. Подарки в коробках, фальшивые тосты, дешевый успех, Все мы играем роли, пытаясь скрыть наш страх. Ты выпила залпом, пытаясь заглушить этот смех, Я вижу, как жизнь превращается в пепел на твоих руках. Мне так мало осталось от той, что пела мне сказки, Теперь в твоих взглядах — усталость и тяжесть веков. Я бы отдал всё золото мира, чтобы снять эти маски, Но между нами снова стена из несказанных слов. Мама, пятьдесят — это просто цифра на холодной стене, Но в сердце колючий холод, словно я снова один в темноте. Мир стал другим, мы стали чужими в этом ярком огне, Я хочу повернуть время вспять, но тону в этой пустоте. Пятьдесят лет... Свечи почти догорели. Мама, не уходи в эту тишину. Просто побудь со мной. Еще хоть одну минуту.