Здесь гранит пьет тоску ледяной синевы, И мосты, как суставы, застыли, увы. Этот город читает тебя между строк, Назначая свидание точно в свой срок. Тут не верят словам, тут глядят в купола, Здесь надежда на крышах, как пепел, бела. Парадный фасад — лишь красивая ложь, Настоящий характер в подворотне найдешь. Ветер с Балтики режет, сдирая шелка, Здесь Фонтанка, как вена, течет у виска. Питер лечит не солнцем, он лечит собой, Забирая твой крик ледяной немотой. Он не даст тебе счастья на блюде из роз, Он задаст лишь один, но мучительный вопрос: Сможешь ли ты, задыхаясь в его тесноте, Отражаться в каналах, доверясь мечте? В лабиринтах мостов, в отраженьях Невы Мы друг другу, как прежде, до боли нужны. Этот город разлукой нас учит дышать, Чтобы после друг друга уже не терять. Под подошвой промокшей дрожит парапет, В этом камне застыл восемнадцатый век. Здесь к Ростральным колоннам спускается дым, И становится город навеки родным. Фонари, как солдаты, застыли в строю, Охраняя ночами надежду мою. Я вдыхаю ветра, что летят с площадей, Растворяясь в холодной толпе без людей. В лабиринтах мостов, в отраженьях Невы Мы друг другу, как прежде, до боли нужны. Этот город разлукой нас учит дышать, Чтобы после друг друга уже не терять. ]Verse 3] Лет в сорок я брошу ключи на холодный гранит, И сяду в вагон, что на север, к озерам, мчится. Карелия раны мои в тишине исцелит, И в темной воде мое прошлое вновь отразится. Я буду смотреть, как над лесом сгущается тень, Твой голос в сознаньи звучит через целую жизнь. Я так далеко, но в граните считаю твой день, Сквозь сосны карельские шепотом: «Ты мне приснись». В лабиринтах мостов, в отраженьях Невы Мы друг другу, как прежде, до боли нужны. Этот город разлукой нас учит дышать, Чтобы после друг друга уже не терять. Мой Питер — это мост между тоской и светом.