NSKSTATIK. Булгаков — Бег. По фактам. Крым горит, кони хрипят, Сиваш окрашен кровью, Эшелоны уходят в ночь, прижатые к низовью. Генерал Хлудов сидит на табурете в сером дыму, Шиза стучит в виски, открывая глухую тюрьму. Ему мерещится вешатель, призрак солдата Крапилина, Каждую ночь этот стон, эта память внутри обуглена. Ты вешал людей пачками ради чужой дисциплины? Теперь твоя совесть — палач, зажатый в тиски лавины. Вокруг министры, графини, фальшь и дешёвые маски, Все бегут от системы, теряя былые краски. В Константинополь летит этот рваный, безумный поток, Но от своей головы ты не скроешься, глядя на восток! А в это время Чарнота Григорий — уличный козырь, Проиграл всё до нитки, забыв про чины и позы. Ходит по рынку в кальсонах, без штанов, на чистом упрямстве, Но характер не пропить в этом иммигрантском пространстве! Он ставит на тараканьи бега свой последний грош, Ловит кураж на удачу, когда в коленях дрожь. Бег! Ты бежишь от войны, бросая родные причалы, Но чужбина не примет тебя, сколько б она ни обещала! Можно выклянчить славу, деньги, пустить всё по кругу, Но родину ты не купишь, сука, ни себе, ни другу! Либо ты дохнешь на панели в Париже без гроша, Либо идёшь назад под расстрел, пока жива душа! Париж встречает прохладой, но внутри Чарноты пожар, Он залетает к министру Корзухину, готовя свой главный удар. Тот сидит на мешках с баблом, предал родину и жену, Трус и шкура, что продал систему и сдал всю страну. Генерал Чарнота бросает карты на дорогой стол: «Давай сыграем, сука, покажи свой министрский ствол!» Слово за слово, ставка растёт, хмель туманит глаза, Корзухин бледнеет, по лбу катится злая слеза. Чарнота ловит фарт, забирая доллар за долларом в пак, Он раздевает чинушу до трусов, оформляя полный аншлаг! Выиграл целое состояние, купил золотые штаны, Но золото не согреет, если вы лишены страны. А Хлудов в это время меряет шагами пустой перрон, Шиза доела остатки мозга, в ушах стоит вечный стон. Он не хочет парижских булок и константинопольских лав, Он возвращается в Питер, признав, что был кругом неправ. Пусть там чекисты, расстрел, подвал и холодный штык, Но лучше сдохнуть дома, чем гнить за бугром, как старик. Понял теперь, в чём суть? От системы можно сбежать за океан. От войны можно уплыть на последнем пароходе. Но от призраков в своей голове ты не убежишь никогда. Россия не вмещается в шляпу, господа. Я всё сказал.