Тишина давит стены, пусто в каждой комнате. Телефон молчит, но я всё еще жду твоего звонка. Двадцать четыре на семь мысли о тебе, Снова прокручиваю наш последний диалог. Ты была единственной нитью в этой судьбе, Теперь мой дом — это холодный порог. Больше никто не ждет так у окна, Не обнимет крепко, забрав всю печаль. В мире осталась лишь эта тишина, И бесконечная, горькая даль. Мир без тебя — как выцветший кадр, Ничего не радует, меркнет свет. Твой голос — мой самый родной радар, Которого рядом сегодня нет. Аромат пирогов растворился во тьме, Доброта твоих слов — мой единственный щит. Мама, я здесь, в этой долгой зиме, Сердце разбито, но всё же стучит. Кристина рисует тебя в своих снах, Ищет бабушку там, где цветут сады. Сколько тепла ты хранила в руках, Теперь лишь свет от далекой звезды. Кто теперь выслушает без лишних слов? Кто поймет мою боль до глубины души? Я помню вкус всех твоих пирогов, В этой пустой, оглушающей тиши. Незаменимая. Единственная. Как мне принять этот серый рассвет? Ты была солнцем, ты была истинной, Без тебя просто смысла нет. Я сохраню твой путь, твой свет внутри, Даже когда погаснут все фонари. Мир без тебя — как выцветший кадр, Ничего не радует, меркнет свет. Твой голос — мой самый родной радар, Которого рядом сегодня нет. Аромат пирогов растворился во тьме, Доброта твоих слов — мой единственный щит. Мама, я здесь, в этой долгой зиме, Память о нас всё еще не сгорит. Пироги остыли, но запах остался в сердце. Мы любим тебя, мама. Навсегда.