The Black Poet Тихой ночью в отражении луны стоит тень куполов старого древнего храма. Я стоял в свете свечей перед иконой и тихо шептал: «Не суди, Господи, меня строго за всё то, что не сделал, за то, что натворил. Кому, как не Тебе, знать, что на душе моей грешной. Я каюсь лишь только перед Тобой. Несу свой крест, который взвалил Ты мне на плечи, платя за грехи своею судьбой. Поставлю я свечи за тех, кого нет уже с нами, и за тех, кому здоровья желаю, с чистой душой». Спасибо, Господи, что я живой, что хоть и грешен я, но не прогнил душой. Среди серой тоски и тумана видны золотом покрытые купола храма. Грешны мы и просим прощения у Бога за наше людское всё зло. И каждый платит по счёту, ведь не утаить от Бога, не скрыть ничего. Запомните: нам всем предстоит предстать перед Богом, и там деньгами не заплатить. И разницы нет, кто вы: у Него все равны. Чины ваши, звания и связи там не помогут на Божьем суде. Я сам не святой и не живу за пазухой у Бога, и меня вместе с вами будут судить. И молюсь я, и прошу только здоровья у Бога, чтоб хватило мне сил на то, чтобы жить. Среди серой тоски и тумана видны золотом покрытые купола храма. Грешны мы и просим прощения у Бога за наше людское всё зло. И каждый платит по счёту, ведь не утаить от Бога, не скрыть ничего. Храни Ты, Всевышний, тех, кого так люблю я, и пусть не знают они бед. Пусть солнце им светит в дорогу, и хлеб всегда чтоб был на обед, и чтобы ни один дьявол на свете не обидел их. Храни лучше Ты их, мой Господь, Ты наш судья. Тебе всё можно, а меня люди вдруг — что и в тюрьму. У нас закон: мы не можем вершить правосудие. Поэтому Ты, наш Господь, и знаешь, что кому и почём. Пусть судьбою своей каждый будет богат, и каждый знает цену своей жизни и последствия поступков.